Двойная жизнь. Из света во тьму - Тэсса О`Свейт

– Уф, прости… – Я, виновато вжав голову в плечи, съежилась. Пазл в голове постепенно складывался. По крайней мере, те его моменты, которые я помнила. Теперь я понимала, что за силуэт из мглы я видела. Неподвластный влиянию других божеств островитянин, вот кто бросил вызов мне в том видении!

– Пустое, главное, что ты пришла в себя. Честно говоря, я думал, что чуть не убил тебя собственными руками. Рана казалась несерьезной, но когда ты не очнулась ни через час, ни через три, ни через сутки… – Островитянин отвел глаза, не договорив.

– Магистр Ирвин это же наверняка как-то объяснил? – Я постаралась как-то чуть-чуть перевести тему, уж больно непривычно мне было видеть Харакаша в таком состоянии.

Тот кивнул:

– Да, сказал, что твое бессознательное состояние не от удара, а оттого, что что-то в тебе перестраивается. Приспосабливается под новые возможности. Он вообще много разных вещей говорил, но я, признаюсь, понял только малую часть, – чуть ворчливо закончил мастер меча, вызывая у меня невольную улыбку.

– Итак, я провалялась здесь несколько дней… – Я покосилась на островитянина, что, не переставая жевать, показал мне два пальца. – Ага. Два дня. Альвин в лазарете, барон Каддор стоит лагерем под стенами крепости, ты… Ты как?

– Бывало и хуже. Ирвин втихаря подлатал меня, благо он единственный, кто мог это сделать из всей здешней братии с помощью своего дара. Раны чешутся, значит, заживают, следовательно – ничего серьезного.

Я кивнула, не ожидая какого-то иного вывода от Харакаша.

– Надо выбираться из постели. Столько времени потеряла уже… А что Каддор хочет, кроме аудиенции?

– Понятия не имею. – Мастер меча хмыкнул, покрутив ложку в пальцах. – Он отказался кому-либо что-то говорить. Если честно, после его громкого заявления о взятии Алой крепости штурмом я вообще сомневаюсь в его здравом уме.

– Очевидно, случилось что-то из ряда вон выходящее. Он показался мне человеком здравомыслящим и осторожным… Мне надо привести себя в порядок и пригласить барона на аудиенцию.

– Ты уверена? – Островитянин забрал у меня поднос и составил на него всю посуду.

– Не особо, но будто есть выбор. У нас времени все меньше с каждым днем, а я разлеживаюсь!

– Я пришлю Дору. Пойду навещу Альвина, пока он не прорыл себе подкоп ложкой из лазарета, и сообщу графу, что ты пришла в себя.

Харакаш, разминувшись с магистром в дверях, вышел, а магистр Ирвин, придирчиво оглядев меня, упер левую руку в бок и сварливо осведомился, что я удумала делать.

Мы совсем немного попрепирались больше для вида и очистки совести, а потом, когда в дверях замаячила Дора, магистр «сдался», взяв с меня слово, что я воздержусь от применения своих сил в ближайшее время и буду аккуратна.

Конечно, я ему это пообещала.

Бинты с головы разрешили снять. Ловкие пальцы моей «полевой» служанки, как она сама себя окрестила, и смоченная водой тряпка помогли распутать слипшиеся от крови волосы, после чего мне было велено ложиться поперек кровати на спину и «никуда не уходить».

Мне оставалось только посмеиваться после последней реплики Доры – я на кровати-то перемещалась с трудом, куда уж мне куда-то ходить.

Подрядив кого-то из местных в помощь, бывшая жительница Кохши помогла мне подползти к краю кровати и сунула под мою свисающую голову тазик, водруженный на табурет. Под монотонный плеск воды и тихое бурчание Доры «принеси-унеси», руководившей водоносами, я задремала.

Кажется, я научилась отличать тьму доброжелательную от той, в которой меня поджидало очередное мерзотное видение. По крайней мере, в этот раз, оказавшись в черном нигде, я чувствовала, что сейчас ничего хорошего происходить не будет. И, честно говоря, была изрядно этим разозлена.

– Слушай, ты, жертва бренда «Лакоста», может, оставишь меня уже в покое, мм? Мне и без тебя сейчас проблем хватает, а с тобой мы так и так встретимся… – Я крутанулась на пятках, оглядываясь.

Мой голос эхом разносился вокруг. Я, вздохнув, подняла свою правую ладонь, где тускло светился символ моего божества.

– Халтуришь, значит. – Символ на руке словно бы вспыхнул чуть ярче, но тут же снова притух.

– М-да. – Я снова огляделась. – Ну? Какие спецэффекты сегодня?

Где-то впереди забрезжил огонек, и я, не видя других альтернатив, пошла к нему, рассуждая вслух:

– Чем больше я узнаю обо всех этих божественных противостояниях, тем больше мне хочется вымыть руки. Вы же боги, в ваших силах создать если не идеальный мир, то хотя бы просто хороший. Поделить его, как пирог, на равные доли или вовсе – взять каждому какую-то сферу влияния. Вот Дракон, например, мог быть богом войны, покровительствовал бы всем, выбравшим военную стезю, хотя… тут кто угодно им может быть, если так подумать. А Светозарная, хм… богиней милосердия? Ага, смешно звучит, но ведь многие Ее такой считают, и Она вроде бы даже такой была…

Я остановилась, задумавшись над сказанным, потом снова продолжила идти к приближающемуся источнику света.

– Ну, что-то в таком духе. Дайте людям самим копаться в песочнице, заключайте пари, делайте ставки… Зачем вам вся эта мышиная возня? Люди отлично сами умеют загонять себя в ловушку, делать неверный выбор раз за разом, воевать, плести интриги. Это же как муравьиная ферма, только более кровавая и масштабная, о-о-о…

То, к чему я шла, оказалось костром, а перед ним на вбитом в маленький островок земли колу висела отрубленная голова. Моя голова.

– Неприятно, согласна. Но я чего-то подобного ожидала, так что пять из десяти, не больше.

Я молола эту чепуху, внутренне удивляясь тому, что вид собственной головы, насаженной на кол, меня не пугает. Выглядело все на диво реалистично и омерзительно, но не произвело на меня совершенно никакого эффекта. Я стояла и смотрела на свою голову, на алые отблески в белках закатившихся глаз, чувствуя подступающее раздражение. В правой ладони потеплело, пальцы сжали привычную уже рукоять божественного клинка.

– Тебя-то, друг мой, мне тут и не хватало. – Я, отступив на шаг от кровавой инсталляции, поднесла клинок к левому плечу, слушая его тихий шепот, а потом – с замахом ударила по собственному, искаженному смертью лицу.

Клинок не встретил сопротивления, кол с головой исчез, словно его и не было, остался лишь костер с небольшим участком земли вокруг.

– Это все? Все, на что тебя хватило в этот раз? – Я крикнула в пустоту, разводя руки и поднимая взгляд вверх. – Ты вообще бог или…

Или – вдруг дошло совершенно четко до меня – этой мурой занимается не само божество, ведь оно тоже не может вредить напрямую. Оно так же, как и Светозарная, связано договором!

Я рассмеялась, зло и торжествующе. Одно дело – противостоять божеству напрямую, что практически бессмысленно, другое – кому-то из его пособников. Такому же, как ты.